Двадцать лет назад Владимир Путин был избран президентом России

В эти дни Россия вспоминает две даты из недавнего прошлого: 24 марта 1999 года и 26 марта 2000 года. Между натовскими бомбежками Югославии и избранием Владимира Путина президентом РФ — всего год исторического времени. Но именно за этот год была осуществлена внешняя часть «поворота России к себе», которую еще внесут в учебники истории. А вот внутреннее содержание этого поворота оказалось распределено по гораздо более продолжительному периоду времени, которое в будущем назовут «эпохой Путина». 

Сегодня Федеральное агентство новостей расскажет об этой эпохе, о ее главном герое и о преображенной России, вернувшейся на мировую арену и одновременно — к самой себе.

Путин с родственниками моряков «Курска»

15 000 000 000 долларов 

«15 000 000 000 долларов потеряла Россия благодаря Примакову!» С таким желтым заголовком вышла 24 марта 1999 года газета «Коммерсант», которая тогда принадлежала олигарху Борису Березовскому

Заголовок описывал знаменитый момент, когда председатель правительства России Евгений Примаков развернул правительственный самолет прямо над Атлантикой, так как посчитал свой визит в США неуместным после начавшейся агрессии НАТО против непокорной Югославии.

Неимоверное количество нулей в заголовке прозвучали не случайно, они были внесены туда с тонким знанием психологии аудитории «Коммерсанта». Ведь тогда газету Березовского читали не серьезные «акулы бизнеса», а мелкие жуликоватые личности со ста долларами в кармане, мечтавшие стать «реальными коммерсантами и правильными пацанами».

Подсознание подсказывало им: 150 миллионов населения России, а значит и они тоже, лишились каждый по 1000 долларов! И вот она, стойкая причинно-следственная связь: не будешь уважать США, не поднимешься на штуку баксов!

Выдумка? Вовсе нет, просто многие уже забыли то время после дефолта августа 1998 года и вплоть до 26 марта 2000 года, когда «поворот России» начал обретать нынешнюю форму. Поворот, который сделал одиозных персонажей родом из 1990-х годов лишь «историческим перегноем», из которого поднялась и выросла совсем иная Россия.

Инаугурация Путина 7 мая 2000 года

Выбор Ельцина — или выбор России?

Конечно, многие критики скажут: нет, дата 26 марта 2000 года неважна, надо считать от 1 января 2000 года, от знаменитого «я устал, я ухожу», которое прозвучало в новогоднем эфире, под бой кремлевских курантов.

В таком подходе, безусловно, есть своя правда, но это лишь часть исторической правды. Система власти в России традиционно строится на двух «слонах», определяющих ее легитимность: народном доверии и согласии элит. 

Новогоднее заявление Бориса Ельцина — это о втором, элитном консенсусе. Тогда Ельцин пытался всячески «дружить» с президентом США Биллом Клинтоном, хотя пагубность односторонней «дружбы» была уже тогда очевидна всем. 

Отставка Примакова, посмевшего бросить вызов Вашингтону, оказалась политическим провалом Ельцина, она была встречена населением резко отрицательно. Попытка найти «серую», компромиссную фигуру на пост председателя правительства в лице Сергея Степашина тоже оказалась ошибкой. Стало ясно, что искренняя народная ненависть к тому времени концентрировалась на фигуре самого Ельцина. 

Вся эта драма разворачивалась на фоне Второй Чеченской войны. Оказалось, что удобный для большей части тогдашней элиты Степашин абсолютно непригоден в критической ситуации. 

7 августа 1999 года произошло вторжение боевиков под командованием Шамиля Басаева и Хаттаба в Дагестан, где они провозгласили создание «халифата». Справляться с «джинном терроризма» пришлось Владимиру Путину, ставшему и. о. председателя правительства РФ буквально через два дня, 9 августа 1999 года. Уже к 15 сентября он очистил Дагестан от джихадистов — и стремительно набирал популярность в народе.

В такой ситуации выход Ельцина на телеэкраны с его новогодним заявлением был практически вынужденным. Высшая государственная власть уже была переформатирована де-факто, а заявление «уставшего» больного президента лишь констатировало свершившееся. 

Вот почему важна именно дата 26 марта 2000 года. В тот день Владимир Путин официально получил вторую необходимую часть легитимности — народное признание. Этот выбор народа России оказался гораздо важнее формального «выбора преемника» со стороны Ельцина.

Путин в Беслане

Та война никак не кончалась

Новый подход, который был продемонстрирован Путиным в крайне болезненном для России чеченском вопросе, разительно отличался от действий его предшественников. И дело тут не только в широко известной фразе «мочить в сортире», с которой теперь ассоциируется позиция президента по отношению к террористам. Как видится, именно Путин нашел то разумное сочетание жесткого противостояния с радикалами и устойчивых договоренностей с национальными элитами, которое обеспечило прочный мир в Чечне и других национальных республиках. 

Эта политика оказалась долгосрочной и неспешной: никто уже не штурмовал Грозный «ко дню рождения», как это делал генерал Павел Грачев. В частности, активные боевые действия в Чеченской республике завершились так, как это определяла ситуация «на земле»: 20 апреля 2000 года. Это не было приурочено ни ко дню выборов 26 марта, ни к дате инаугурации Путина, которая состоялась 7 мая.

Тогда, впрочем, чеченский сюжет в целом был далек от завершения. Окончание широкомасштабных военных действий в республике означало лишь то, что боевики перешли на подпольное положение и к тактике партизанских действий, в том числе в виде ужасных терактов в российских городах.

Самым резонансным действием террористов в Москве стал знаменитый теракт на Дубровке — захват террористами здания Театрального центра с работниками, зрителями и актерским составом мюзикла «Норд-Ост». Тогда погибли 130 человек, а еще 700 человек пострадали.

«Конец последней главы» в том северокавказском сюжете наступил лишь в 2004 году — это был теракт в Беслане. В течение двух с половиной дней террористы удерживали в заминированном здании более 1100 заложников, преимущественно детей, их родителей и сотрудников средней школы. 

Хотя большинство заложников в Беслане были освобождены в ходе штурма, тот теракт стал самым кровавым: погибли 314 человек из числа заложников, из них 186 детей, а еще не менее 783 получили ранения разной степени тяжести. Понесли потери и спасатели: среди штурмовавших здание школы было 19 погибших.

Четыре года необъявленной террористической войны против России стали настоящим испытанием для общества и государства. Она оказалась более тяжелой, чем открытые боевые действия в Дагестане и Чечне. Но все-таки мы победили — и здесь стоит вернуться к вопросу: как же изменилась Россия за первые четыре года при Путине?

Проспект Путина в Грозном

Обуздание вольницы «баев» и «царьков»

К началу 2000 году в России формально закончилось «десятилетие Ельцина». К тому моменту страну в основном перестроили по новым лекалам, которые опирались на знаменитую фразу «Берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить», произнесенную Ельциным на митинге в Казани 6 августа 1990 года.

Это «глотание суверенитета» могло закончиться для России крайне печально — кровавый сюжет чеченских войн выглядел началом катастрофического процесса разрушения государства, его расползания по швам национальных границ.

Процесс размывания суверенитета России остановил именно Путин. 

Первой его крупной реформой в государственной и политической системе страны стало осуществленное в августе 2000 года изменение порядка формирования Совета Федерации. Губернаторы и главы законодательной власти регионов, до того заседавшие в Совете исходя из их должности, были заменены назначенными представителями. 

В сентябре 2004 года последовал следующий шаг: были отменены выборы глав регионов, а сами они стали назначаемыми чиновниками. 

Регионализацию России остановили и на уровне законодательной власти: весной 2005 года был принят закон о выборах в Госдуму исключительно по партийным спискам. Территориальное представительство в парламенте и одномандатные избирательные округа были упразднены.

Такую реформу государственной власти часто пытаются назвать авторитарной, проливая потоки слез по якобы «утраченной демократии» из каких-то мифически-сусальных 1990-х годов. В реальности же выборность губернаторов была пережитком той самой феодальной вольницы, которую привнес Ельцин. 

Фрагментация страны лежала в основе негативных тенденций «лихих девяностых», когда удельные «царьки» вершили в своих вотчинах ту политику, которая была выгодна лично им, а не простым людям. Ни о каких федеральных или общенациональных программах речи при этом не шло: «самостийные» руководители регионов торговали долями национального суверенитета оптом и в розницу. 

Прекращение такого растаскивания России по ломтям и кусочкам стало насущным вопросом государственного строительства. Он был решен благодаря той самой централизации власти, которую осуществил президент Путин.

Мюнхенская речь Путина

Мюнхенская речь

Поворот внутри страны неотделим от внешнего изменения. Новую международную политику России теперь отсчитывают от речи Владимира Путина, произнесенной им на Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности 10 февраля 2007 года. Но это скорее удобная публичная веха и одновременно — программный документ. Надо понимать, что внешнеполитический разворот России прочь от встраивания в Запад на правах полуколонии был подготовлен Путиным намного раньше.

О чем же говорилось в Мюнхенской речи? О праве России на независимую внешнюю политику. О гегемонии западных стран и их открытом грабеже «третьего мира». О порочности «однополярного мира» и двуличной политике блока НАТО. Об опоре России на все механизмы международного сотрудничества, включая ООН.

Скажи, к примеру, президент США о праве Америки на независимую внешнюю политику — это было бы политической банальностью. Однако то заявление из уст российского президента стало для западных стран не просто вызовом, оно было воспринято как прямая угроза. 

Именно после Мюнхенской речи Путина пропагандисты Запада вдруг заговорили об «агрессивной России» — с точностью, до мельчайших деталей повторяя приевшуюся еще в позапрошлом веке риторику о «русском медведе», которым пугали «просвещенную Европу».

При таком подходе неудивительно, что уже в 2008 году в этого самого «медведя» весьма неаккуратно решили «потыкать палочкой». Получилось так себе, поскольку результат был прямо противоположным. Никакого пылающего Северного Кавказа на границах России не вышло, зато на карте мира появились два новых государства — Абхазия и Южная Осетия. 

Второй раз российского медведя решили больно уколоть зимой 2014 года, когда в Киеве вооруженные мятежники захватили власть под лозунгом «Кто не скачет — тот москаль!». Начиналось все тоже достаточно традиционно, в набившем оскомину украинском нагловатом стиле, с обещанием послать «поезда вооруженной дружбы» в крымские города. А закончилось непредсказуемо — референдумом в Крыму и провозглашением воссоединения Крыма с Россией 18 марта 2014 года.

Воссоединение с Крымом

Живая Россия

Время Путина, или эпоха Путина, еще не закончилась. Хулителям президента России, которые ждут ее завершения, можно лишь посочувствовать — слишком уж часто они обещали всем, и себе лично, что «в этот раз точно мы его не увидим». Отметим, что ровно те же люди обожают предрекать еще одно явление после «ухода Путина», которое они обычно именуют «распадом России». Чем полностью обесценивают свою риторику о президенте страны.

Именно в этом лежит смысловая пустота критиков Кремля: у них нет никакого образа России будущего. Для них наша страна — не более чем историческое недоразумение, которое и держится-то якобы на воле одного-единственного человека. Ну и еще немного — на громадных природных богатствах, которые «несправедливо» даны нашей стране и которые хулителям так хотелось бы прикарманить.

Сто пятьдесят миллионов жителей нашей страны, в глазах этих персонажей, — лишь толпа статистов, не обладающих собственной волей и исторической ролью. Некий песок на жерновах времени, в чем-то даже вредный и опасный.

А вот для президента Путина Россия — это живой организм. Он взял его в руки в тяжелейшее время, когда казалось, что все уже кончено, и сама страна расползалась под руками подобно старому одеялу. Президент смог сшить заново эти великие пространства, шаг за шагом возвращая стране ее статус как Родины, ее суверенитет, ее смысл в Истории, ее роль на мировой арене. Путин вернул Россию ей самой — и теперь она может все.

Владимир Путин в «Бессмертном полку»

Пока пройдена только часть пути. Но в этом тоже феномен Владимира Путина: он оставит потомкам живую, постоянно меняющуюся страну, которая всякий раз находит новый способ ответить на вызов времени. 

Источник