Поправка о федеральных территориях сведет к нулю риск сепаратизма в России

Российские оппозиционеры всех цветов радуги всячески пытаются «обнулить» всенародное голосование по поправкам в Конституцию РФ, назначенное президентом Владимиром Путиным на 1 июля. Получается у них откровенно плохо, но господа-товарищи «нагнетают» — видимо, в надежде на то, что «Запад им поможет».

Надежды эти не совсем уж беспочвенные. Бюджет США и их союзников на «продвижение демократии в России» и на «сдерживание российской агрессии» выделен весьма солидный: на 2020 год называется суммарная цифра, эквивалентная 70 млрд долларов. Оно вроде бы и «мелочишка» на фоне гигантской валютной эмиссии ФРС, достигающей сейчас чуть ли не триллиона долларов в месяц, но желающих в качестве исполнителей получить доступ даже к каплям из этого животворящего источника (основной поток идет самим же западным «кураторам») пока хватает.

Не случайно МИД РФ сообщил о том, что возможны провокации со стороны наших зарубежных «партнеров», в том числе в Крыму и в Донбассе, приуроченные к дате 24 июня, на которую в России намечено проведение парада в честь 75-летия Победы.

Долгое время медиа-активность оппозиции вокруг Основного закона РФ напоминала одного мелкого, хоть и громкого персонажа из басни Крылова. Пакет поправок тем временем прошел все законодательные инстанции, получил заключение Конституционного суда, и, не вмешайся коронавирусная зараза, вопрос был бы закрыт еще 22 апреля, полтора месяца назад…

Но в том-то и дело, что COVID-19 вмешался — и пока власти, занятые борьбой против него, просто «заморозили» в медиа-пространстве обсуждение конституционных поправок, оппозиционеры, напротив, использовали этот временной ресурс и били в точку со всех сторон, пытаясь навязать российскому обществу свою систему координат.

Эти удары были сосредоточены на том, чтобы внушить населению: волеизъявление 1 июля — это не более чем голосование «за» или «против» «путинской власти до 2036 года». Тогда как остальной пакет поправок, затрагивающий более трети, 46 из 137 статей действующей конституции, представляет собой, мол, «скорлупу ореха», не имеющую ни самостоятельного значения, ни какой-либо ценности.

Подобные рассуждения предельно далеки от реальности. Это легко доказать на одном-единственном примере — с «федеральными территориями».

Конституция РФ

Напомним, что часть 1 статьи 67 Конституции РФ: «Территория Российской Федерации включает в себя территории ее субъектов, внутренние воды и территориальное море, воздушное пространство над ними», — дополняется следующим положением:

«На территории Российской Федерации в соответствии с федеральным законом могут быть созданы федеральные территории. Организация публичной власти на федеральных территориях устанавливается указанным федеральным законом».

Пока в доступном медиа-пространстве отсутствует какая-либо информация относительно предполагаемого или даже вероятного содержания такого закона. Но некоторые моменты в этой связи можно отметить уже сейчас.

Как отмечается в подавляющем большинстве комментариев, «федеральные территории» в правовой практике различных стран мира представляют собой территории, не входящие в состав какого-либо субъекта федеративного государства и находящиеся в непосредственном управлении федеральных органов власти или назначенных ими лиц. При этом отмечается наличие двух основных форм таких территорий:

— собственно федеральные территории, как правило малонаселенные и/или отдаленные от основной территории государства;

— федеральные округа, как правило выполняющие особые государственные функции, чаще всего столичные: например, федеральный округ Колумбия в США или федеральный округ Бразилии.

В Российской Федерации сегодня, как известно, тоже существуют федеральные округа, число и состав которых до сих пор определялись президентскими указами. Будут ли они каким-то образом соотноситься с предусмотренными, согласно поправкам в конституцию, федеральными территориями — вопрос большой и открытый.

Конституция РФ

В связи с ним необходимо заметить, что во всех редакциях Конституции СССР (1924, 1936 и 1977 годов) имелось положение о том, что Советский Союз как государство создан союзными республиками, каждая из которых имеет право свободного выхода из него, что и было реализовано на практике в 1991 году.

При этом не исключалось ни разделения одной союзной республики на несколько частей (что было сделано с Закавказской СФСР, разделенной на Азербайджанскую, Армянскую и Грузинскую ССР), ни выделения из состава одной союзной республики территории новых союзных республик (так случилось с РСФСР, из которой постепенно «нарезали» пять среднеазиатских республик плюс Карело-Финскую ССР), ни упразднения союзной республики (Карело-Финской ССР в 1956 году), ни присоединения к союзным республикам новых территорий (например, в ходе и по результатам Второй мировой войны), что однажды привело к созданию новой союзной республики (Молдавской ССР, образованной в 1940 году из Молдавской АССР в составе Украинской СССР и части Бессарабии, ранее захваченной Румынией), ни перехода территорий из состава одной союзной республики в другую (включая печально известную передачу Крыма)…

В отличие от советского основного закона, в действующей конституции 1993 года записано, что РФ не создана субъектами федерации, а состоит из них — это практически исключает односторонний выход регионов из состава страны. При этом возможность создания федеральных территорий, с выводом их из субъектов федерации, вообще сводит вероятность сепаратизма в России к нулю.

Кроме того, например, в ст. 4 действующего закона РФ от 1 апреля 1993 г. №4730-I «О Государственной границе Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями) установлена следующая норма:

«Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем те, которые содержатся в настоящем Законе и других законодательных актах Российской Федерации о Государственной границе, то применяются правила международного договора».

Понятно, что с принятием конституционной поправки эта норма будет приведена в соответствие с новым текстом конституции. Более того, некая зона государственной границы, скажем, трех- или пятикилометровая, может стать федеральной территорией с особым режимом управления, предусмотренным законом, и быть выведена из юрисдикции соответствующих субъектов РФ.

Русская Арктика

Затем, федеральной территорией могут быть объявлены отдельные острова или вынесенные в территориальные воды сооружения, находящиеся в территориальных водах РФ. Особенно актуально это для бывшего полярного сектора СССР, национальные права на значительную часть которого были утрачены вследствие ратификации РФ Конвенции ООН по морскому праву. Здесь Россия может отозвать свою подпись в одностороннем порядке с восстановлением прежнего статус-кво — например, вследствие неприсоединения США к этой конвенции.

Кстати, нынешний президентский указ Путина о военно-административном делении государства с приданием Северному флоту с 1 января 2021 года статуса отдельного военного округа «в административных границах Республики Коми, Архангельской и Мурманской областей, Ненецкого автономного округа» можно рассматривать и как прообраз развития российской государственности в этом направлении.

Стоит добавить, что вопреки весьма распространенному мнению, для включения ряда территорий постсоветского пространства, ныне пребывающих в статусе «непризнанных» или «частично признанных» государств: таких, как Абхазия, Приднестровье, Южная Осетия или народные республики Донбасса, — введение статуса «федеральных территорий» ничего не дает, поскольку любая из них должна предварительно войти в состав Российской Федерации, а это уже совсем иная международно-правовая процедура. Хотя, опять же, принятие нынешнего пакета поправок, предусматривающих в том числе ограничение приоритета международных договоров над национальным законодательством, поможет значительно облегчить включение этих государств, в том числе ДНР, ЛНР и даже ПМР, в состав России при соответствующем политическом решении.

Поэтому вполне оправдан тезис о том, что пакет конституционных поправок призван законодательно закрепить уже идущий по факту процесс возвращения России в узкий клуб мировых сверхдержав, обладающих реальным суверенитетом (правда, здесь к «Большой тройке» из США, КНР и РФ, на мой взгляд, имеет смысл прибавить Великобританию с ее «Содружеством наций»). И это обстоятельство вполне объясняет все более отчетливое нежелание наших западных «партнеров» допустить голосование 1 июля.

Источник